Варанаси. Часть 11. Прощание с Гангой...

В конце января в выходной мы спускались из старого города на ступени гхата Дашашвамедх...

Так и не научившись разбираться в направлениях в Индии, ну а уж в Варанаси тем более, мы тем не менее добрались до «Золотого храма» — Каши Вишванат . По пути не раз нам встречались вооруженные патрули. Надо сказать, что у патрульных вполне себе грозный вид, говорящий, что эти товарищи без раздумий применят пусть не современное, но абсолютно боевое оружие калибром 7,62 мм. Магазины у некоторых прозрачные и хищные наконечники патронов ясно намекали, что с их обладателями шутки плохи. Казалось, даже обезьяны понимали это и не особенно надоедали стражам порядка. В Варанаси огромное скопление народа на маленькой площади и очень узкие и запутанные улочки. И любой теракт приводит к большим жертвам. А теракты здесь случаются. В основном их осуществляют мусульманские террористы.

У Золотого храма, все подходы к которому перекрыты кордонами, нас остановили на пункте проверки. Как обычно «девочки — налево, мальчики – направо». Все вещи, кроме паспортов и денег, пришлось положить в не очень надежный ящик, ключ от которого тоже позволялось взять с собой. Ящик, кстати, платный.

И дальше босиком к храму( если Вы брезгливый человек – в Индии и ЮВА в большинство храмов нельзя заходить обутым). К сожалению, снимать на видео и фотографировать в храме запрещено. Побродив и посмотрев, вернулись за вещами. Все в целости и сохранности. Но вообще, ситуация интересная. Некоторые продвинутые путешественники оставляют в ящиках (разных по-размеру) вещей и аппаратуры на сумму не в один десяток тысяч долларов. А взамен даже квитанцию не дают. Только ключик от ящика. Неравноценный обмен. Но при нас инцидентов не было. Хотя для Индии содержимое ящиков равноценно содержимому пещеры Али-Бабы…. Забрав наш кэнон, видеокамеру и сумку с водой и всякой мелочью, двинулись к гхатам.

Народу на гхате как всегда множество. И свои и чужие, здесь все становятся своими. И живущие здесь и работающие и просто проходящие, вроде нас. Берег Ганги всех ассимилирует и на время делает всех одним целым.

На гхате, среди монахов, туристов, торговцев, нищих, собак, коров, просто отдыхающих, мертвыми телами придавливающих ступени, томились в ожидании несколько свадеб. Наряженные женихи в костюмах и ботинках, словно в рыцарских доспехах, неуклюже сидели на ступенях в ожидании своей очереди и судьбы. Женщины ожидали своего счастья ближе к воде. В нарядных красных, зеленых… с золотом сари, они выглядели сказочно-волшебными восточными красавицами, пока не поворачивались лицом миру. Тут все оказывались обыкновенными. Иногда ну совсем обыкновенными. Кроме невесты, конечно. Невесты в любой стране самые прекрасные на все века и времена в этот день.

Все ждали погружения на лодку, чтобы отправиться на другой берег Ганги и в течение часа-другого отпраздновать там положенное мероприятие. Затем обратно. Нам это напомнило кортеж машин «молодых» к вечному огню в России. Здесь же все связано с Гангой. В данном случае с началом новой жизни.

Вокруг женщин суетится хиджра. Хиджра относится к касте неприкасаемых. И считается «третьим полом». Физиологически это мужчины. А живут и одеваются они как женщины. Носят женские имена. Но в то же время сами не относят себя ни к женщинам, ни к мужчинам. Становятся хиджрой через прохождение ритуала кастрации, который проводит старший член общины. Такая операция считается противозаконной и проводится она в кустарных условиях, что зачастую приводит к плачевных результатам. И тем не менее в Индии насчитывается чуть ли не 5 миллионов хиджр. По другим сведениям в сто раз меньше.

Несмотря на то, что хиджры относятся к неприкасаемым, они играют важную роль в жизни индийских женщин. А как следствие и мужчин. Иногда к хиджрам приходят со своими проблемами, например бездетные женщины. Считается, что хиджра может помочь. Чаще они приходят без спроса. На рождение ребенка, на праздники, на свадьбы. Помогают хиджры или нет – трудно сказать. Без них ничто не обходится. Тем не менее, за свои «услуги» они требуют и получают деньги. С ними лучше не связываться. Во-первых – могут наслать проклятье. А во-вторых – могут устроить скандал и драку. По жизни хиджры попрошайничают, занимаются проституцией и мошенничеством. Некоторые женаты на женщинах и даже имеют детей. В начале этого тысячелетия хиджры потребовали, чтобы их официально считали третьим полом, и заявили о политических притязаниях аж на общеиндийском уровне. Но вот интересно, можно ли результат незаконного действия (запрещенной кастрации) считать законным (третий пол хиджр)?

«Наша» хиджра хозяйничала среди женщин одной свадьбы. За что-то расплачивалась, забирала и передавала фотографии, везде совала свой в прямом смысле острый, много в этой жизни повидавший, нос. В конце-концов объявили посадку. В одну лодку усаживались молодые с родней. В другую, поменьше, набились молодежь (естественно, только юноши) с барабанами. Под песни, танцы (да-да именно танцы) и бой барабанов свадьба отбывала к берегу напротив, на песчаный пляж. Через пару часов они вернутся, свадьба закончится, жених снимет свои красивые неуклюжие доспехи. Хиджра будет искать другую жертву, в то же время, имея в виду, что, примерно через девять месяцев, эта свадьба вновь принесет ей дивиденды…

… рядом с нами два буддистских монаха усадили на ступени третьего, старенького и, наверное, очень важного. За ними принесли несколько ящиков с шевелящимися рыбами. Монах в каком-то устало-счастливом состоянии время от времени что-то шепчет и благостно складывает руки у груди в молитве. Его провожатые пошли договариваться с лодочником. Нам рассказали, что этот монах прибыл в Варанаси на берег Ганги как посланец от своего монастыря. Он приносит жертву и улучшает карму. Четыре ящика рыб будут отпущены в святые воды Ганги и обретут свободу, карма очистится. Монастырю будет хорошо. Рыбам будет хорошо. Монаху будет хорошо. И нам будет хорошо. Мы эти воспоминания сохранили и увезли с собой. И опять, вот ведь как получается, чтобы всем было хорошо, сначала рыбам нужно было сделать плохо, отнять у них свободу и надежду на жизнь, а потом подарить все это. А ведь обошлась рыбья свобода монахам в целое состояние, примерно в четыре тысячи долларов… Ящики потащили в лодку. Рыбы, видно почувствовав близость «таинства свободы», радостно зашебуршились в ящиках. Монах еще раз молитвенно сложил рука у груди. Провожатые, аккуратно поддерживая его под руки, стали загружаться вслед за рыбами. Медленно взмахивая веслами, лодка поплыла поперек течения Ганги к чьей-то свободе, чьей-то очищенной карме, чьему-то выполненному долгу. А мы пошли по направлению к своему Рана Махал Гхату к своему отелю через подземный туннель вверх по широким каменным ступеням.

Однажды нас в этом туннеле остановил брамин. Заставил, стоя лицом в сторону Ганги и глядя во тьму туннеля, повторять за ним нараспев слова молитвы, а потом попросил немного денюжки. Именно попросил, а не потребовал, в отличие от многих, встреченных и монахов и не монахов в Индии. Вообще он был не такой, как другие. Какой-то добрый и светлый. Жене моей он сказал, что теперь у нее карма стала чище, а мне не сказал. Наверное, потому, что я, честно говоря, халтурил, и не верил ему и не старательно повторял за ним. А он это почувствовал. В общем, все правильно сказал монах. В этот раз я по небрежности своей упустил возможность очистить карму в таком месте как Варанаси. До сих пор об этом жалею….

На следующий день мы уезжали из Варанаси, но не из Индии…

Химчанин 

Советуем также посмотреть!

1 комментарий к “Варанаси. Часть 11. Прощание с Гангой...”

Добавить комментарий

Яндекс.Метрика